nightbomber_y2 (nightbomber_y2) wrote,
nightbomber_y2
nightbomber_y2

Литературная минутка. Стефан Цвейг о зарождении фашизма в Австрии и украинские параллели

«Смотреть и не уметь прозревать истину

- хуже, чем быть слепым»

Хелен Адамс Келлер

Есть на Украине одна тема, обсуждение которой всегда вызывает у свидомой публики приступ патриотического гнева. Любой может подтвердить, с каким напором свидомые набрасываются на каждого, кто посмеет утверждать, что на Украине есть фашизм. «Патриоты» в качестве главного контраргумента, требуют предъявить доказательства, добавляя, что зигуют идиоты (мол, где их нет), а атрибуты добробатов (типа «Азов»), напоминающие атрибуты СС, ничего общего друг с другом не имеют. Свидомые принципиально не желают понимать, что у фашизма при обязательном наличии общих черт есть и свои «национальные» особенности.

В качестве примера можно привести отрывок из мемуарного произведения австрийского писателя Стефана Цвейга (1881-1942) «Вчерашний мир. Воспоминания европейца».

Предчувствуя надвигавшуюся европейскую катастрофу, автор в книге пишет о старых добрых временах Австро-Венгерской империи, о нравах и ценностях тогдашнего венского общества. По сравнению с тем, что предстоит пережить Европе в конце 30х – середине 40х годов, Цвейг описал просто райскую жизнь австрийцев рубежа XIX – XX веков. Писатель признает, что по молодости он весьма легкомысленно относился к тому, как в его любимой Австрии происходила радикализация общества. Уже позже станет ясно, что именно из радикалов вырастут самые настоящие фашисты. Вот как Цвейг описывал тогдашние события (очень похоже на сегодняшнюю Украину):

«Но вот явился на свет и третий цветок, синий василек, любимый цветок Бисмарка и символ немецкой национальной партии, которая – только тогда этого еще не понимали – с убойной силой осознанно стремилась к перевороту, к разрушению австрийской монархии, чтобы под прусским и протестантским началом создать – уже привидевшуюся Гитлеру – Великую Германию. В то время как христианско-социалистическая партия (партийный символ - цветок белая гвоздика, прим. НБ) упрочила свои позиции в Вене и в деревне, социалистическая (партийный символ - цветок красная гвоздика, прим. НБ)  – в промышленных центрах, национал-немецкая имела своих приверженцев почти исключительно в пограничных районах Богемии и Альп; она компенсировала свою малочисленность дикой агрессивностью и безмерной жестокостью.

Несколько их депутатов стали бичом (в былом смысле), позором австрийского парламента; в их идеях, в их методах Гитлер (также австриец из пограничного района) имеет свои истоки. У Георга Шёнерера он заимствовал призыв «Прочь от Рима!», следуя которому по-немецки организованно тысячи германских националистов назло императору и клиру перешли из католичества в протестантизм, от него перенял антисемитскую расовую теорию («Все свинство – в расе», – говорил его знаменитый прототип), а также использование беспощадного, все сметающего на своем пути штурмового отряда и тем самым принцип, с помощью которого маленькая террористическая группа запугивает далеко превосходящее по численности, но гуманно-пассивное большинство. То, что для национал-социализма делали штурмовики, разгоняя дубинками собрания, нападая по ночам на идейных противников и избивая их до полусмерти, немецким националистам в Австрии обеспечивали студенты, которые под защитой университетской неприкосновенности учиняли беспрецедентные бойни и по первому свистку готовы были по-военному четко маршировать при всякой политической акции. Корпоранты, так называемые «бурши», с рассеченными лицами, упившиеся и бездушные, легко врывались в актовый зал, потому что у прочих студентов были только повязки и фуражки, а эти были вооружены тяжеленными дубинками; беспрестанно провоцируя, они избивали то славянских, то еврейских, то католических, итальянских студентов и изгоняли беззащитных из университета. Во время каждого такого «променада» (так назывались те субботние вылазки) текла кровь. Полиция, которая, благодаря старинной привилегии университета, не имела права вступать в университетский двор, должна была безучастно наблюдать извне, как там бушевали эти трусливые погромщики, и ограничивалась лишь тем, что подбирала истекающих кровью потерпевших, которых хулиганы просто сбрасывали с лестницы. Там, где крохотная, но горластая партия немецких националистов в Австрии желала чего-нибудь добиться, она всегда высылала вперед штурмовые студенческие отряды; когда граф Бадени с согласия императора и парламента издал закон о языках, который должен был способствовать миру между национальностями Австрии и, возможно, мог бы продлить существование монархии еще на десятилетия, эта горстка молодых парней заняла Рингштрассе. Пришлось вмешаться кавалерии, пошли в ход сабли и пули. Но столь велико было в ту трагически слабую и трогательно гуманную либеральную эру отвращение к любому насилию и любому кровопролитию, что правительство отступило и не решилось на террор против немецких националистов. Премьер-министр подал в отставку, и исключительно лояльный закон о языках был отменен. Вторжение жестокости в политику могло отметить свой первый успех. Все расселины и трещины между нациями и классами, которые с трудом замазывало время компромиссов, разверзлись и стали пропастями и безднами. В то последнее десятилетие перед новым столетием в Австрии уже началась война всех против всех.

Однако мы, молодые люди, с головой ушедшие в наши литературные амбиции, мало обращали внимания на опасные изменения в нашей стране: мы знали лишь книги и картины. У нас не было ни малейшего интереса к политическим и социальным проблемам: что значили все эти резкие перепалки в нашей жизни? Город приходил в волнение от выборов, а мы шли в библиотеки. Массы восставали, а мы писали и обсуждали стихи. Мы не видели огненных знаков на стене, мы беспечно вкушали, как во время о́но царь Валтасар, от всех изысканных яств искусства, не видя впереди опасности. И лишь когда через десятилетия обрушились стены и нам на голову рухнула крыша, мы осознали, что фундамент давно уже подточен и вместе с новым веком начался закат индивидуальной свободы в Европе».

Вот такая история. Самое смешное, что и тут свидомые не увидят параллелей, доказывая, что в Австро-Венгрии не могло быть фашизма, так как такого понятия в то время еще не было (оно появится в 20е годы в Италии).  Но весь фокус в том, что явления могут проявляться вне зависимости от того есть ли у них названия или еще нет. На Украине сегодня наблюдается похожая ситуация, но только фашизм тут существует вовсе без признания свидомыми этого факта.

Ночной бомбардировщик специально для Насправдi

Tags: История, нацисты, украинствующие
Subscribe
promo nightbomber_y2 november 14, 16:00 16
Buy for 20 tokens
«Одна ложь родит другую» Теренций Публий Некоторое время назад на суд читателей было представлено масштабное исследование «Спецоперация «Ще не вмерла Україна». Изыскателю, пожелавшему сохранить инкогнито, удалось поставить под серьезное сомнение авторство гимна…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment